Философия - главная    Психология    История    Авторам и читателям    Контакты   

Философия



Лань ничего не ответила да и что бы она сказала! Она и виновата была
и говорить не могла, а ведь вовсе не всегда те, кто виноват, молчат. Принц
нежно ее ласкал.
- Как мне больно, - говорил он, - что пришлось тебя ранить! Ты
будешь, верно, теперь меня ненавидеть, а ведь я хочу, чтобы ты любила
меня.
Казалось, коли его послушать, то какой-то тайный гений нашептывал
ему, что он говорил лани. И вот уже приближался чавс, когда пора было
возвращаться к старушке-хозяйке; он поднял свою добычу и нелегко ему
пришлось; он то нес ее, то вел, то волочил за собой. Она вовсе не хотела с
ним идти.
"Что со мной будет? - думала она. - Ну как же мне очутиться с ним с
глазу на глаз! Ах лучше уж умереть".
Она нарочно двигалась самым неуклюжим образом и очень обременяла его.
Он так устал, что весь был мокрый, и, хотя уж недалеко было до их
маленького домика, почувствовал, что ему одному не справиться. Он пошел
позвать своего верного Бекафига, но прежде, чем покинуть свою добычу,
привязал ее несколькими узлами к дереву, чтобы она опять не убежала. Увы!
Кто мог бы подумать, что красивейшая принцесса в мире подвергнется такому
обращению со стороны принца, который ее обожал! Она тщетно пыталась
разорвать путы, но только еще сильнее их затягивала, а кроме того, на
беду, образовалась мертвая петля, грозившая ее задушить. В это время
Левкой, которой надоело сидеть все время взаперти в своей комнате, вышла
подышать свежим воздухом и направилась как раз туда, где белая лань билась
в путах. Что с ней только сделалось, когда она увидела свою дорогую
повелительницу! Она бросилась развязывать ее, - а узлов было много, да все
в разных местах; наконец дело было сделано, но в эту минуту появились
принц с Бекафигом.
- Несмотря на все мое уважение к вам, госпожа моя, - сказал принц
Левкою, - позвольте мне сказать вам, что вы хотите присвоить чужое добро:
я ранил эту лань, она моя, я люблю ее, и я вас умоляю оставить ее мне.
- Сеньор, - вежливо отвечала Левкой (а ведь она была и стройна и
прелестна); - эта лань была моей еще до того, как вы ею завладели, и я
готова скорей от жизни своей отказаться, чем от нее. А если вы хотите
видеть, знает ли она меня или нет, отпустите ее на минуту... Ну-ка, моя
Белочка, обнимите меня - Лань бросилась ей на шею. - Поцелуй меня в правую
щеку. - Лань поцеловала. - Коснитесь моего сердца. - Она тронула ее грудь
ножкой. - Вздохните, - и она вздохнула. Принц не мог уже больше
сомневаться в том, что Левкой говорит правду.
- Возвращаю ее вам, - благородно заявил он, - но поверьте, с немалым
сожалением. - И Левкой тотчас же ушла со своей ланью.
Они не знали, что принц живет в том же домике; он издалека следил за
ними и был очень удивлен, когда увидал, что они входят в хижину доброй
старушки. Очень скоро за ними вернулся и он, и так как ему было очень
любопытно узнать о белой лани, он спросил у старушки, кто девушка с ланью.
Та ответила, что не знает ее, что пустила ее к себе вместе с ланью, что
она ей хорошо платит и живет одиноко. Бекафиг осведомился, где их комната,
и узнал, что она соседняя с их комнатой и что их отделяет друг от друга
только перегородка. Когда они пришли к себе, Бекафиг сказал принцу, что
либо он ошибается так, как еще никто никогда не ошибался, либо девушка,
которую они только что видели, жила с принцессой Желанье, и он ее видел во
дворце, когда приезжал туда с посольством.
- Какие мрачные воспоминания оживляете вы! - сказал ему принц. - И
каким образом могла бы она очутиться здесь?
- Этого я не знаю, сеньор, - добавил Бекафиг, - но мне очень хочется
посмотреть на нее еще раз, а так как нас разделяет всего лишь дощатая
перегородка, я проделаю в ней отверстие.
- Вот бесплодное любопытство, - грустно сказал принц, потому что этот
разговор снова пробудил все его горести. Он отворил окно, Выходившее в лес
и стал мечтать.
Тем временем Бекафиг трудился и скоро просверлил довольно большое
отверстие, Посмотрел он и увидел прелесную принцессу, одетую в платье из
серебряной парчи с кармазинными цветами, шитое золотом и изумрудами. Ее
волосы падали тяжелыми волнами на самую красивую шею в мире, лицо пленяло
живыми красками, а очи приводили в восхищение.
Левкой стояла перед ней на коленях и перевязывала ей руку, откуда
обильно текла кровь. Казалось, что они очень озабочены этой раной.
- Дай мне умереть! - говорила принцесса. - Легче смерть, чем это
плачевное существование, которое мне приходится влачить. Как! Целый день
быть ланью, видеть своего суженого и не быть в состоянии говорить с ним,
рассказать ему мое роковое несчастие! Ах! Если бы ты знала, как
трогательно он говорил со мной, когда я была ланью, какой у него голос,
какие движенья у него благородные и располагающие, - ты бы еще больше меня
пожалела, зная, что не можешь поведать ему мою горькую судьбу.
Можно себе представить, как был удивлен Бекафиг всем, что он увидел и
услышал. Он подбежал к принцу и отвел его от окошка с невыразимой
радостью.
- Ах, сеньор, - сказал он, - не медлите, подойдите же к перегородке,
и вы воочию увидите ту, чей портрет вас очаровал.
Принц посмотрел и тотчас узнал принцессу. Он бы умер от счастия, если
бы не боялся, что его морочат какие-то чары. Ибо, что же тогда значала
удивительная встреча с Колючей Розой и ее матерью, которые были заключены
в замок Трех Башен и называли себя - одна принцессой Желанье, другая ее
приближенной дамой?
Однако любовь обнадежила его. Всякому хочется убедиться в том, на что
направлены его желанья, а случай был таков, что приходилось или умереть от
нетерпения или дознаться. И принц, не откладывая дела в долгий ящик,
подошел к двери принцессиной комнаты да и постучал тихонько. Левкой, не
сомневаясь, что это стучится старушка-хозяйка, которая, кстати, была ей
нужна, чтобы помочь перевязать руку ее повелительницы, поспешила отворить
дверь и оцепенела от удивления, увидав перед собой принца, который сразу
же бросился к ногам принцессы Желанье. Восторг его был так велик, что он
не мог ничего толком сказать, и как мы ни старались узнать, что он ей
говорил в эти первые минуты, так никого и не нашли, кто бы мог нам в этом
помочь. Принцесса была в замешательстве, но Амур, который частенько служит
посредником для онемевших, вмешался тут и убедил их обоих, что никогда еще
не говорили они так умно или, по крайней мере, так трогательно и так
нежно. Слезы, вздохи, клятвы и даже лукавые улыбки - все здесь было.
Так прошла ночь, занялся день, а принцесса Желанье даже не подумала о
том - и она уже не обернулась ланью. Вдруг она это заметила; ничто не
сравнится с ее радостью, и она так любила принца, что не могла и минуты
выдержать, чтобы не поделиться с ним ею. И тут же она начала ему
рассказывать свою историю с такою прелестью, с таким естественным
красноречием, что самых записных умников за пояс заткнула.
- Как, - воскликнул он, - прелестная моя принцесса, так это вас я
ранил в образе белой лани! Как же мне искупить ужасное мое преступление? Я
готов умереть от горя на ваших глазах. - Он так был удручен, что его
огорчение было написано на его лице. Принцесса Желанье страдала от этого
более, чем от своей раны; она уверяла его, что все это пустяк и что ей
дорого это несчачтье, принесшее ей столько радости.
Она так убедительно говорила, что он не мог больше сомневаться в ее
доброте. Чтобы все ей было понятно, он, в свою очередь, рассказал ей о том
обмане, который затеяли Колючая Роза со своей матерью, и добавил, что надо
поторопиться известить отца о его счастье, о том, что он ее нашел, ибо
иначе возгорится ужасная война, так как отец его не применет отомстить за
оскорбление, которое ему будто бы нанесено. Принцесса Желанье упросила его
послать письмо с Бекафигом; тот уже готов был исполнить его приказание,
как вдруг по лесу разнесся страшный гул и звон военных труб, рогов,
литавров и барабанов; им показалось даже, словно большое войско проходит
мимо их домика. Принц глянул в окошко и узнал многих рыцарей, знамена и
значки; он скомандовал им остановиться и ожидать его.
Никогда еще не ликовало так войско, как на этот раз; все были
убеждены, что сам принц Воитель поведет их, чтобы отомстить отцу принцессы
Желанье. Войском предводительствовал сам отец принца, несмотря на свой
преклонный возраст. Его несли в бархатном паланкине, изукрашенном золотой
вышивкой, а за ним ехала открытая повозка, где везли Колючую Розу с
матерью. Принц Воитель, увидев паланкин, бросился к нему, а король,
простирая к сыну руки с отеческой любовью, вскричал:
- Откуда вы, сын мой? Как могли вы причинить мне такое горе, уехав от
нас?
- Государь, - отвечал принц, - благоволите меня выслушать.
Король тотчас сошел с носилок, и, отойдя с ним в уединенное место,
сын рассказал ему о своей счастливой встрече и о подлоге Колючей Розы.
Обрадованный король воздлел руки и благодарил небо за его милость. В
эту минуту он увидал принцессу Желанье, которая была красивее и изящнее
всех звезд небесных. Она сидела на великолепной лошади, игравшей под ней,
масса перьев различной окраски окружали ее головку, и самые большие алмазы
мира украшали ее одежду. Она была одета охотницей. Левкой, которая
сопровождала ее, также была в замечательном наряде. Все это было дело рук
феи Тюлбпанов, это она обо всем позаботилась, и ее старания увенчались
успехом. Маленький домик в лесу был создан для принцессы, и там много дней
под видом доброй старушки потчевала и ютила свою любимицу.
Когда принц узнал свои войска и выбежал навстречу отцу, фея вошла в
комнату принцессы Желанье; она подула на ее руку, и рана мгновенно зажила,
и тут же она обрядила принцессу в такой пышный наряд, что, когда появилась
она перед глазами короля, он так был очарован, что с трудом мог поверить,
что перед ним не бессмертная богиня. Он приветствовал ее самыми ласковыми
словами, которые только можно было придумать для такого случая, и просил
ее не медлить и поскорее стать королевой его государства.
- Да, - сказал он, - я решил передать королевство принцу Воителю,
чтобы он еще более был достоин такой невесты!
Принцесса Желанье ответила ему со всей вежливостью, какую можно было
ожидать от хорошо воспитанной особы, а потом, глянув на двух пленниц в
повозке, закрывавших себе лица руками, она великодушно попросила короля
простить их и разрешить им уехать в той же повозке, куда им
заблагорассудится. Король согласился, и тут он еще раз восхитился ее
сердечной добротой и похвалил ее за это. Тут же отдали приказ всей армии
повернуть налево кругом и маршировать с музыкой домой. Принц вскочил на
коня и поехал рядом с принцессой. В столице их встретили громогласные
крики восторга; приготовили все, что нужно, ко дню свадьбы, который прошел
весьма торжественно, благодаря присутствию шести благосклонных фей,
любивших принцессу. Они поднесли принцессе такие богатые подарки, что и
вообразить себе нельзя, - и, между прочим, великолепный дворец, тот самый,
в котором впервые увидала их мать-королева. Он мгновенно возник в воздухе:
пятьдесят тысяч крылатых амуров принесли его и потом установили на широкой
поляне по берегу речки. Ну, прекраснее такого подарка, конечно, уж ничего
и быть не могло.
Верный Бекафиг просил своего повелителя поговорить с Левкоем, чтобы
она стала его женой после того, как справят свадьбу принца. Принц
согласился. Прелесная девушка была очень рада, что нашла себе такого
хорошего мужа в чужом королевстве. Фея Тюльпанов, которая была еще щедрее
своих сестер подарила ей на свадьбу четыре золотых копи в далекой Индии,
чтобы она была такой же богатой, как и ее будущий муж. Целый месяц
праздновали свадьбу принца, каждый день устраивали новое празднество и
приключения белой лани распевали повсюду.


ОСЛИНАЯ ШКУРА
Жил когда-то король, столь великий, столь любимый своими подданными,
столь поситаемый всеми своими соседями и союзниками, что его можно было
назвать счастливейшим из монархов. Счастье не изменило ему и в выборе
супруги - принцессы столь же прекрасной, сколь и добродетельной, и
счастливая чета жила в совершеннейшем согласии. От их целомудренного брака
родилась дочь, одаренная такой прелестью, таким очарованием, что они и не
жалели о том, что их потомство так немногочисленно.
Великолепие, вкус и изобилие царили в королевском дворце; министры
были мудры и искусны; придворные - добродетельны и преданны; слуги - верны
и трудолюбивы; конюшни - обширны и полны самых лучших в мире лошадей,
покрытых богатыми чепраками. Однако чужеземцев, приходивших полюбоваться
этими прекрасными конюшнями, всего более удивляло то, что на самом видном
месте стоял господин осел, развесив большие, длинные уши. Не по прихоти, а
с полным основанием король отвел ему место особое и почетное.
Достоинства этого редкого животного заслуживали того, ибо природа
устроила его таким чудесным образом, что его подстилка, вместо нечистот,
всякое утро оказывалась в изобилии усеянной блестящими экю и
всевозможнымилуидорами, которые слуги шли собирать, когда осел просыпался.
Но превратности жизни касаются и подданных и королей, а к благам
всегда примешиваются и бедствия, и вот небеса допустили, чтобы на королеву
напал внезапно злой недуг, против которого, несмотря на всю ученость и все
искусство врачей, нельзя, было найти никакого средства. Отчаяние было
всеобщим. Король, чья нежность и любовь не ослабевали вопреки прсловутой
пословице, которая гласит, будто супружество есть могила любви, горевал
без меры, во всех храмах своего королевства воссылал обеты к небесам,
готов был принести в жертву свою жизнь ради спасения бесценной супруги; он
вотще взывал он к богам и волшебницам. Королева, чувствуя, что близится
последний час, сказала своему супругу, проливавшему слезы:
"Позвольте мне перед смертью попросить вас об одном: если вам вновь
захочется жениться..."
При этих словах король жалобно завопил, схватил руки жены, омочил их
слезами и, уверяя ее, что бесполезно говорить о втором браке, молвил:
"Нет, нет, дорогая моя королева, скорее уж я последую за вами". -
"Для государства, - возразила королева с твердостью, от которой еще
усилились сожаления монарха, - для государства нужно, чтоб у вас были
наследники, а так как я родила вам только дочь, оно должно потребовать от
вас сыновей, которые походили бы на вас. Но горячо прошу вас, заклинаю вас
всей вашей любовью ко мне, не уступайте настояниям вашего народа до тех
пор, пока не найдете принцессу более прекрасную и более стройную, чем я; я
хочу, чтоб вы поклялись в этом, тогда я умру счастливая".
Полагают, что королева, вовсе не чуждая самолюбия, потребовала этой
клятвы, не веря, чтобы какая-либо женщина могла сравниться с ней, и думая,
что таким образом король уже никогда не женится опять. Наконец она умерла.
Никогда ни один муж не поднимал такого шума. Он день и ночь плакал, рыдал
и, пользуясь правами вдовца, не знал другого дела. Сильное горе не может
длиться долго. К тому же сановники королевства собрались и все пришли к
королю просить его вновь жениться. Это предложение показалось королю
суровым и исторгло у него новые слезы. Он сослался на клятву, данную им
королеве, и не боялся, что его советникам удастся приискать ему принцессу
более прекрасную и более стройную, чем его покойная жена, ибо считал, что
это невозможно. Но советники признали безделицей это обещание и сказали,
что красота - не важна, лишь бы королева была добродетельна и не
бесплодна, что для спокойствия государства и для поддержания мира нужен
наследник, что инфанта обладает, правда, всеми качествами, необходимыми
для великой королевы, но что в мужья ей придется дать чужеземца, и тогда
этот чужеземец либо увезет ее с собою, либо если он и будет вместе с нею
править государством, детей их станут считать чужеземцами, а так как
наследников не будет, то соседние народы, может быть, затеют войны, от
которых королевство погибнет. Король, пораженный этими доводами, обещал
подумать.
И в самом деле, он среди принцесс на выданье стал искать для себя
подходящей невесты. Каждый день ему приносили портреты очаровательных
особ, но ни один из них не напоминал прелести покойной королевы, и он не
мог принять решения. К несчастью, он обнаружил, что инфанта, дочь его, не
только восхитительно прекрасна и стройна, но что умом и прелестью она даже
превосходит свою мать-королеву. Ее молодость, приятная свежесть ее нежной
кожи воспламенила короля страстью столь пылкой, что он не мог скрыть это
от принцессы и сказал ей о своем решении - жениться на ней, ибо только в
союзе с ней он видел возможность не нарушить клятвы.
Юнная принцесса, добродетельная и стыдливая, чуть не упала в обморок
от этого ужасного предложения. Она бросилась к ногам короля и со всею
силой убеждения, на какую была способна, заклинала отца не принуждать ее к
такому преступлению. Чтобы успокоить совесть принцессы, король, у которого
в голове засела эта странная мысль, обратился за советом к старому друиду.
Этот друид, не столько благочестивый, сколько честолюбивый, принес дело
невинности и добродетели в жертву чести стать наперстником могучего короля
и так искусно повлиял на его ум, так смягчил в его сознании мысль о грехе,
который тот готов был совершить, что убедил его, будто женитьба на
собственной дочери есть дело, угодное небу.
Монарх, польщенный речами этого злодея, обнял его и вернулся во
дворец, еще более укрепившись в своем намерении; он велел возвестить
принцессе, чтобы она говилась исполнить его приказание.
Юнная принцесса под бременем непомерного горя не могла придумать
иного исхода, как посетить волшебницу Сирени, свою кресную мать. Она в ту
же ночь отправилась в путь в изящном кабриолете, в который запряжен был
большой баран, знавший все дороги.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34