Философия - главная    Психология    История    Авторам и читателям    Контакты   

Философия

Елизаров Роман Евгеньевич

Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм


Тут выложена бесплатная электронная книга Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм автора, которого зовут Елизаров Роман Евгеньевич. В электронной библиотеке vsled.ru можно скачать бесплатно книгу Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм в форматах RTF, TXT и FB2 или же прочитать онлайн книгу Елизаров Роман Евгеньевич - Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм.

Размер архива с книгой Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм = 248.56 KB

Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм - Елизаров Роман Евгеньевич => скачать бесплатно электронную книгу по философии


Елизаров
Роман Евгеньевич
БИХЕВИОРИЗМ
РОМАНА ЕЛИЗАРОВА,
БИХЕВИОРАЦИОНАЛИЗМ
предыстория
ТРИ КИТА БИХЕВИОРАЦИОНАЛИЗМА.

1. Первое, что следует заявить, что бихевиорационализм генетически не является философским учением, ибо базируется на научных теориях: двух психологов и одного физика.
2. Три кита бихевиорационализма, или же его аксиоматическая система это бихевиоризм Уотсона, теория оперантного поведения Скиннера и теория операциональных определений Бриджмена: бихевиорационализм объединяет эти три теории в систему если угодно создает аксиоматическую систему научного метода в которых три эти научные теории объединены в одно, а именно объеденены в категорию инструктивного поведения, представленной в «Бихевиористской теории рационализма».
3. Эти три аксиомы следующи.
4. Аксиома Уотсона такова, что мы отказываемся рассматривать сознание, как способность строить суждения, отказываемся рассматривать сознание, как понимали его большинство философов. Предметом рассмотрения Уотсона оказывается то, что может быть описано в категориях стимула и реакции, этот предмет Уотсон называет поведением. Уотсон пытался совершить колоссальное преобразование сознания, масштаб которого я оценил, назвав свою теорию «бихевиористской», т.е. выступив в скромной роли последователя.
5. Аксиома Скиннера такова, что оказывается открыто оперантное поведение, которое отличается от респондентного поведения (которое исследовал, например, Павлов) тем, что стимул идет вслед за реакцией, он влияет на реакцию по принципу обратной связи, но идет вслед за ней, а не перед.
6. Аксиома Бриджмена такова, что определения, даваемые нам предметам должны быть операциональными, а именно должны описывать деятельность человека относительно этих предметов. Нетрудно заметить, что это уже скорей теорема, которая следует из аксиом Уотсона и Скиннера.
7. Бихевиорационализм связывает три эти научные теории в систему, предлагает их как аксиоматическую систему научного метода (а также, вообще, более широко, как метода управления ибо наука с позиций бихевиорационализма представляет собой некоторый менеджмент), является формой организации управления.
8. Бихевиорационализм - масштабная теория, имеющая фундаментальный характер.
9. Бихевиорационализм благотворен.

БИХЕВИОРАЦИОНАЛИЗМА
эссе
БИХЕВИОРИСТСКАЯ ТЕОРИЯ РАЦИОНАЛИЗМА

Вместо предисловия.
На настоящий момент, да и, собственно говоря, всегда существуют две оппонирующие друг другу поведенческие установки. Первую из них можно назвать картезианской и она гласит «я мыслю, следовательно, я существую». В самом деле, человек может сказать себе: «мои предки эффективно мыслили вследствие чего появился я, я мыслю эффективно, вследствие чего могу позволить себе иметь детей». Этому взгляду мы можем только способствовать. Мы все заинтересованы в том, чтобы так и было.
Картезианское cogito послужило основанием французского просвещения. Особенностью же французского просвещения было то, что рационализм стал развиваться как энциклопедизм - это и породило громоздкие немецкие теории Канта и Гегеля - теорию синтетических суждений и теорию понятия. Это были аналитические теории, последовавшие за французским энциклопедизмом. В целом сформировалось целое мировоззрение, целая теория сознания, которую я буду далее называть «готическим рационализмом», представленным как практическим энциклопедизмом («Энциклопедией» Дидро), так и его аналитическими версиями.
Надо сказать, что картезианство, переросшее во французское просвещение, т.е. готический рационализм, как акция имеет стоимость, но и иррационализм также акция, имеющая стоимость. В свое время Гегель выступил с сенсационным гуманитарным соображением: «все действительное -- разумно». Это значит, что предательство, насилие, беззаконие - «рациональны». Действительно в ХХ веке мы видели тупое противостояние нацистов и коммунистов, нацистов и евреев. И «не рациональность» не было здесь аргументом. Возможно, нацисты не сомневались в рациональности коммунистов и евреев, а последние не сомневались в рациональности нацистов. Все были «рациональны» и все ненавидели друг друга. После всех этих событий многие считают рационализм «плоским». Коммунисты в России нимало не сомневались в рациональности дворян и интеллигентов которых расстреливали или ссылали в концентрационные лагеря.
Алжирский эмигрант Альбер Камю пишет в своем «Мифе о Сизифе»: «На нижеследующих страницах речь пойдет о чувстве абсурда, обнаруживаемом в наш век повсюду, -- о чувстве, а не философии абсурда, собственно говоря, нашему времени неизвестной. «…» Есть лишь одна по-настоящему серьезная философская проблема - проблема самоубийства. Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить - значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное - имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями - второстепенно». Камю говорит о «чувстве абсурда», у нас при Советах был целый букет аналогов: «классовое чутье», «партийная совесть», «интернациональный долг» и пр.
Действительно, мышление далеко не все согласны признать основанием к существованию. Более этого, в Советском Союзе практиковалась система, в которой интеллигенция была низкооплачиваемой частью общества и, следовательно, менее стимулируемой обществом к тому, чтобы жениться, рожать детей. Это было «царство рабочих», т.е., собственно, государство, практиковавшее иррационализм. Противостоять ему мог только рационализм Запада, поддерживающего ценность образования, на что, собственно, в конце концов отреагировало русское образованное общество массовой эмиграцией профессионалов на Запад и в Израиль в 90-е годы.
Эссе обращено к тем, кто рассматривает вопрос «имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями», и подобные ему, как первостепенные, кто ставит свою жизнь и будущее в прямую зависимость от решения подобных вопросов кто рассматривает мышление как оружие в борьбе за существование - к рационалистам.
Мудрец скажет: «Очевидны факты ненависти между рациональными людьми, нужно искать иные способы сплочения людей.» Я отвечу: «Пожалуй, да. Ну и что из этого? Однако и люди все еще недостаточно рациональны. Рационализм, каковым мы имеем его на настоящий момент, -- недостаточно эффективен. Нужен новый рационализм.» И это не праздная болтовня человека, которому вздумалось пофилософствовать, воскликнуть что-то вроде того: «Не спешите разочароваться в рационализме, упорно будьте «картезианцем» и вследствие вашего упорства наступит царство разума». Я просто берусь указать вам на некоторые очевидные ошибки в современном понимании рационализма. Это краткое эссе плод многолетних размышлений над фундаментальными для философии и математики понятиями, в этой области я нахожу ошибки и могу внести исправления. Пусть многие, подражая Руссо, бросаются фразами: «рационализм - плоское мировоззрение» я обращаюсь к тем, кто вместе со мной готов протянуть ему руку и приложить усилия к его совершенствованию, пусть они и не считают, что с помощью рациональных схем можно избежать всех тягот жизни.
Я считаю, что готический рационализм нельзя признать сколько-нибудь удовлетворительной версией рационализма: он громоздок, а, в некоторой степени, даже идиотичен. Рационализм как энциклопедизм, рационализм, переросший в идею информирования, посредством умножения познаний, представленных в понятиях и суждениях, сопровождающийся аналитическими разработками Канта и Гегеля, был в сущности грандиозной неудачей, но был лишь временным явлением, которое по прочтении этого эссе развеется как дурной сон.
Вместе с тем готический рационализм, как информирование в понятиях и суждениях является на настоящий момент единственным принципом образования. Собственно явление «готический рационализм» сопутствует такому явлению как современные европейские нации как совокупность получивших образование сограждан. Я убежден, что эти нации были дезинформированы. Вследствие этого я охотно признаю обоснованным иррационалистические тенденции, сквозящие в политических и иных проявлениях жизнедеятельности этих наций.
Возможно, разум и не может исправить нравы, однако неразумие способствует развитию дурных наклонностей. Я в целом не считаю, что стоит впадать в средневековье, в докартезианские времена, когда философия была служанкой теологии. Но даже если вы и считаете так и больше времени уделяете религии или порокам, чем науке, все равно, полагаю, наука заслуживает вашего внимания как профессиональная деятельность при влюбленности.
Реорганизация рационализма. Тенденция.
Реорганизация рационализма будет означать далее осознание и культивирование латинского cogitare, этимологически восходящего к cum (совместный) и agito (действие) - совместно действовать. Это латинское cogitare я предпочитаю немецкому bewustesein, означающему «существование знаний».
Заявив о необходимости реорганизации рационализма укажем на современные тенденции организации знания. Уже закончив свою работу и перечитывая Винера я обнаружил у него замечательный на мой взгляд параграф:
«Мы уже говорили о вычислительной машине (и, соответственно, о мозге) как о логической машине. Полезно рассмотреть, какой свет проливают на логику такие машины, естественные или искусственные. В этом направлении основной является работа Тьюринга. Мы уже сказали раньше, что думающая машина (machine ratiocinatrix) есть не что иное как исчисление умозаключений (calculus ratiocinator) Лейбница, снабженное двигателем; и как это исчисление явилось началом современной математической логики, так и современные технические разработки неизбежно должны пролить новый свет на логику. Современная наука является операционной, т.е. она считает всякое утверждение по существу связанным с возможными экспериментами или наблюдаемыми процессами. (курсив мой) Сообразно этому, изучение логики должно свестись к изучению логической машины, нервной или механической, со всеми ее неустранимыми ограничениями и несовершенствами.»
В ссылке редакторами русского перевода было указано, что Винер разделяет философские установки «операционализма». Я навел справки и установил, что это направление в позитивистской философии задано Бриджменом. Я нашел весьма мало информации об этом направлении, почти не известном в России. В «Философской энциклопедии»:
«По мнению Бриджмена, значение всякого понятия можно выяснить, лишь проанализировав ряд операций, которые выполняются или при употреблении этого понятия, или при верификакции, т.е. при определении истинности предложения, включающего это понятие, или при ответах на вопросы относительно него. Таким образом, значение понятия сводится к соответствующей серии операций; это выражено в формуле Бриджмена «значение - это операции». Операции определяются Бриджменом как «направленные действия» индивида и могут быть как чисто физическими, так и умственными («с карандашом и бумагой»), а также смешанными. Понятия, не допускающие операционального определения, Бриджмен объявляет непригодными для научного употребления.»
Также я нашел небольшой реферат в «Интернете»:
«Операционализм, операциональный эмпиризм, философская концепция операциональной перестройки языка науки. Операционализм возник в связи с важнейшими открытиями в физике вначале 20 в., поставившими вопросы о природе физических понятий, об их отношении к эксперименту, о таких определениях понятий, которые гарантировали бы эти понятия от пересмотра при появлении новых экспериментальных фактов.
Концепция Операционализма была впервые намечена английским физиком Н. Кэмпбеллом . В работах П. У. Бриджмена 1920-х гг. Операционализм оформляется как идейное течение, претендующее на роль философско-методологические основы теоретического естествознания и общественных наук. Начав с философской критики традиционного взгляда на формулы размерности как на выражение "субстанциальных свойств" физических величин и опираясь на установленную им зависимость размерностей от операций измерения , Бриджмен перенёс идею операционального определения понятий в методологию науки и в теорию познания в качестве общего принципа: "непогрешимое" определение понятий достигается не в терминах свойств, а в терминах операций опыта. Например, понятие длины, определяемое через абстракцию как общее свойство равных отрезков, - неоперациональное, "плохое"; оно превращает в реальность свойство, которое неверифицируется в опыте; напротив, метрическое понятие длины - операциональное, "хорошее"; опыт даёт нам только числовую оценку отрезка, которая может быть вычислена решением уравнения или определена измерением.
Предметные и смысловые значения понятий, согласно Операционализму, должны устанавливаться только на основе верификации фраз, содержащих соответствующие понятия, или путём уточнения ответов на вопросы. Во всех этих случаях с понятием соотносят некоторые экспериментальные, в частности измерительные, или мысленные(вербальные), в частности вычислительные ("карандашно-бумажные"),операции, фактическое выполнение которых, или мысленное их прослеживание, позволяет "шаг за шагом" выявить смысл понятия и т. о. гарантировать его непустоту.
Подчёркнутая Операционализмом идея связи значения понятия с совокупностью действий, в системе которых формируется это значение, характерна для повседневной практики и сама по себе не является новой. Известным аналогом операциональных определений в научной практике могут служить конструктивные, или алгоритмические, определения математики (в арифметике - правила вычислений, в геометрии - правила построений и т.п.). Указав на важность этой связи для теоретического естествознания, Операционализм поставил перед ним задачу конструктивной перестройки в духе той, которая произошла в математике в связи с уточнением понятия алгоритма. При этом сведение к операциональному уровню рассматривается операционалистами как единственно правильный подход к оценке и построению естественнонаучной теорий.»
Генетически «операционализм» восходит к Галилею и Уотсону.
Будет, пожалуй, уместным процитировать здесь второго автора, философия которого созвучна моим установкам. Этот автор - Лиотар, который в своем «Состоянии постомодерна» пишет:
«Чем пытаться выстраивать картину, которая все равно не может быть полной, мы будем отталкиваться от характеристики, непосредственно определяющей наш предмет. Научное знание - это вид дискурса. Поэтому можно сказать, что на протяжении сорока лет так называемые передовые науки и техники имеют дело с языком: фонология и лингвистические теории, проблемы коммуникации и кибернетика, современные алгебры и информатика, вычислительные машины и их языки, проблемы языковых переводов и исследование совместимости машинных языков, проблемы сохранения в памяти и банки данных, телематика и разработка «мыслящих» терминалов, парадоксология - вот неявные свидетельства, и список этот не исчерпан.
Влияние этих технологических изменений на знание должно быть, судя по всему, значительным. Им отводятся или будут отводиться две фундаментальные функции: исследование и передача сведений. В отношении первой пример, доступный пониманию профанов, дает генетика, которая обязана своей теоретической парадигмой кибернетике. Существуют сотни других примеров. В отношении второй известно, как нормализуя, минитюаризируя и коммерциализируя аппаратуру, уже сегодня модифицируют операции по получению знаний, их классификации, приведению в доступную форму и эксплуатации. Было бы естественным полагать, что увеличение числа информационных машин занимает и будет занимать в распространении знания такое же место, какое заняло развитие средств передвижения сначала человека (транспорт), а затем звука и изображения (медиа).
При таком всеобщем изменении природа знания не может оставаться неизменной. Знание может проходить по другим каналам и становиться операциональным только при условии его перевода в некие количества информации. Следовательно, мы можем предвидеть, что все непереводимое в установленном знании будет отброшено, а направления новых исследований будут подчиняться условию переводимости возможных результатов на язык машин. «Производители» знания, как и его пользователи, должны и будут иметь средства перевода на эти языки того, что одни стремятся изобрести, а другие - усвоить. Исследования, посвященные таким интерпретативным машинам, уже значительно продвинулись. Вместе с гегемонией информатики предполагается и определенная логика, а следовательно, совокупность предписаний, предъявляемых к сообщениям, принимаемых как относящиеся к знанию».
Скажу, что в работе построена работоспособная модель управления приобретением, хранением, передачей знания, модель организации науки.
Я принципиален и требую, чтобы данные основоположения организации познания, были бы приняты, как принимали аксиомы Эвклида или механику Ньютона или же - были бы публично опровергнуты.
Соответствие и «общая идея».
1. Мой отец, давний автор интернетовских библиотек (создавший на мой взгляд совершенно очаровательную безделушку в стиле литературного «рококо» под названием «Философия кошки») в своем произведении «сколько будет «2+2»» в качестве одного из многих аспектов проблемы задает следующий вопрос: «Два чего и два чего?».
Он пишет: «В старое время во всех советских ВУЗах преподавали политическую экономию. Ясно, что политэкономия тогда начиналась с первого тома «Капитала» К. Маркса. Поэтому уже на первой лекции, когда только заходила речь о товарообмене и его основных законах, студентам приводилось известное еще из первой главы «Капитала» положение о том, что прежде чем подвергать вещи количественному соизмерению, их нужно привести к одному «качеству». Иными словами, для того, чтобы на рынке между совершенно разнородными товарами могли устанавливаться какие-то количественные пропорции нужно привести их к какому-то общему знаменателю.» Он цитирует Маркса: «Возьмем, далее, два товара, например пшеницу и железо. Каково бы ни было их меновое отношение, его всегда можно выразить уравнением, в котором данное количество пшеницы приравнивается известному количеству железа, например 1 квартер пшеницы = а центнерам железа. Что говорит нам это уравнение? Что в двух различных вещах - в 1 квартере пшеницы и в а центнерах железа - существует нечто общее равной величины. Следовательно, обе эти вещи равны чему-то третьему, которое само по себе не есть ни первая, ни вторая из них. Таким образом, каждая из них, поскольку она есть меновая стоимость, должна быть сводима к этому третьему». Далее отец пишет: «Отсутствие каких-то обобщающих знаний, равно как и отсутствие способности и «автоматизированных» навыков пользоваться ими означало бы для нас принципиальную невозможность «количественной» ориентации в этом мире. Все это самым непосредственным образом подтверждается при анализе первобытного сознания. Этнографам хорошо известен тот факт, что первобытный человек, не знающий общих категорий, не в состоянии даже понять вопрос о том, сколько всего деревьев там, где рядом стоят две сосны и две березы. И уж тем более, что не в состоянии ответить на него.

Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм - Елизаров Роман Евгеньевич => читать онлайн книгу по философии дальше


Полагаем, что книга Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм автора Елизаров Роман Евгеньевич придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Елизаров Роман Евгеньевич - Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм.
Ключевые слова страницы: Бихевиоризм Романа Елизарова, Бихевиорационализм; Елизаров Роман Евгеньевич, скачать, читать, книга, филоосфия, электронная, онлайн и бесплатно